• Крест на Лемносе
  • Владимир Семиряга
  • «Крест на Лемносе». Общенациональная газета “Россiя” № 36(938) от 22 сентября 2005 года
Публикация:22 Сентября 2005

Павел Евдокимов, Владимир Семиряга

«Крест на Лемносе»

Общенациональная газета “Россiя” № 36(938) от 22 сентября 2005 года


Ровно год назад на небольшом греческом острове Лемнос произошло событие, которое, к сожалению, отечественной прессой было почти не освещено. Хотя оно имеет прямое отношение к тому, что принято называть исторической памятью народа. На месте, где в 1920-1921 годах разбили свои лагеря казаки, воевавшие в составе армии барона Врангеля и бежавшие сюда от “пролетарского гнева”, был поставлен памятный крест.

По словам вице-спикера Государственной думы Сергея Бабурина, возглавлявшего, как и теперь, официальную делегацию, “посещение греческого Лемноса было очень впечатляющим и вместе с тем печальным. Находящееся там казачье кладбище, на котором захоронен цвет русского казачества, было практически разрушено. Мы смогли обнаружить лишь несколько с трудом различимых надписей на осколках надгробий”.

Тогда на рейд Лемноса прибыли ракетный крейсер “Москва”, на котором находился нынешний главком ВМФ, а тогда еще командующий Черноморским флотом адмирал Масорин, и эсминец “Сметливый”. По благословению Патриарха Алексия II в составе делегации находился архиепископ Орехово-Зуевский Алексий, наместник Новоспасского мужского монастыря.

После панихиды викарий Святейшего Патриарха освятил памятный крест. Под звуки гимна двух стран почетные караулы морской пехоты флотов – нашего, Черноморского, и греческого – отдали салют в память о похороненных казаках.

– К нынешней поездке сделана ограда, расчищена территория, – рассказал газете “Россiя” заместитель председателя попечительского совета монастыря генерал-лейтенант Леонид Решетников. – Сохранившиеся надгробия приведены в порядок. 27 сентября владыка Алексий совершит здесь панихиду, а делегация кубанских казаков во главе с атаманом Громовым возложит венок, повяжет рушник и у основания креста рассыплет горсть кубанской земли…

В составе делегации восемь депутатов от бабуринской фракции “Родина” (Народно-патриотический союз), съемочные группы Первого канала и программы “Русский взгляд” и конечно же знаменитый хор Новоспасского монастыря – этой прославленной и одной из наиболее древних обителей Москвы; его с нетерпением ждут на острове.

Всего на Лемнос, где после Первой мировой войны еще оставались французские войска, осенью 1920 года прибыли более 18 тысяч кубанских казаков генерала Фостикова. Здесь же находился лейб-гвардии Донской корпус, терские и астраханские станичники (всего 5 тысяч человек). Многие были с семьями.

Жили беженцы плохо. Часть офицеров и казаков, прибывших позднее, ютилась в палатках, которых было выдано такое ограниченное количество, что люди едва-едва помещались в них. Почти все, в том числе женщины и дети, спали на голой земле, иногда на жиденькой подстилке из травы и подручного материала. Не лучше обстояло дело и с обмундированием. В беспрерывной войне, кошмарных эвакуациях и переездах казачья одежда и обувь истрепались, а новую “благодарные” французы, захватившие русские вещевые склады, не выдавали.

Несколько лучше было положение у тех, кто прибыл на Лемнос раньше. Французы выдали им значительное количество кроватей и одеял. В районе лагеря находились бараки и другие постоянные постройки, в которых разместились лечебные заведения, штабы дивизий и полков. И баня – без нее никак.

Французский паек и без того весьма ограниченный выдавался не полностью, и казаки голодали. Не хватало дров на кипячение воды и приготовление пищи. Приходилось постоянно заботиться о добыче топлива. На безлесном острове со скудной растительностью достать горючий материал было делом нелегким.

– Отсюда началось изгнание и жизнь казаков на чужбине. Судьба уготовила им нелегкие испытания. Здесь был и мой дед, который впоследствии эмигрировал сначала в Сербию и потом в Соединенные Штаты, – скажет по прошествии восьми десятков лет кубанский атаман Громов. – Эти люди уходили с надеждой, что уходят ненадолго, и с верой, что Россия воспрянет.

Бытовые лишения усугублялись полной информационной изоляцией. Газеты на остров конечно же не поступали. На каменистом клочке земли, окруженном со всех сторон водой, казаки чувствовали себя как в тюрьме. Это ощущение усиливалось присутствием многочисленных французских часовых. Свободно передвигаться по Лемносу казакам не разрешалось.

Несмотря на такие условия, казаки сохраняли воинскую дисциплину и порядок. Уцелели фотографии того времени. Вот они – состарившиеся, не очень четкие, но передающие дух времени и выдержку людей, оказавшихся на чужбине. Читаем аккуратные подписи к снимкам: “Командир Донского корпуса Генерального Штаба генерал-лейтенант Абрамов”, “Гимнастические упражнения юнкеров Кубанского Алексеевского военного училища”, “Парад 5-го атамана Платова полка”, “3-й Донской казачий атамана Каледина полк”, “Лагерь Офицерских курсов при Атаманском военном училище”, “Санитарный городок”, “Палатки для больных”, “Питательный пункт для слабосильных”…

Не представляя, что делать с таким количеством людей, французы объявили среди них запись в Иностранный легион. Однако русское командование приняло решение, что в легион могут записываться только те, пребывание которых в наших частях по их нравственным качествам признавалось командирами частей нежелательным. Начальникам было вменено в обязанность разъяснить казакам, что, заключив контракт, они не могут рассчитывать на возвращение домой ранее 5 лет и что, находясь на службе под иностранными знаменами, лишаются права на земельный паек в станице.

Тем не менее желающие служить в легионе находились. От безысходности. В основном это были молодые люди. Последнее обстоятельство особо встревожило Главнокомандующего барона Врангеля, поскольку его борьба с большевиками еще не закончилась. Он даже был вынужден просить французов о временном приостановлении записи.

Петр Врангель прибыл на Лемнос 17 декабря 1920 года и сразу же произвел смотр воинских частей. Затем он обратился к казакам с речью, в которой всячески пытался их подбодрить в трудную минуту. Вместе с тем Главком испросил у казаков право “ходатайствовать за них перед французами”. Такое право ему было дано. Казаки вообще восторженно приветствовали своего Главнокомандующего, выражая полную готовность идти по первому требованию, куда он прикажет.

“Сидение” на острове продолжалось более года. Наконец, в ноябре 1921 года часть казаков перебросили в Югославию и Болгарию, другие разъехались по многим странам мира. Лемносскую зиму пережили не все, – на Лемносе покоятся останки около 500 человек, в том числе женщин и детей.

– Нужно ли говорить, что за прошедшие 80 с лишним лет место их захоронения пришло в полное запустение, – рассказывает Леонид Решетников. – Теперь же здесь стараниями нашего посольства в Греции и лично посла Андрея Вдовина, попечительского совета Новоспасского мужского монастыря поставлен высокий мраморный крест, на котором изображена эмблема белого движения – терновый венец. На постаменте надпись: “Казакам России, нашедшим последний приют на греческой земле”.

Сам факт водружения православного креста и создание мемориального кладбища трудно переоценить. Впервые за пределами России восстановлены российские символы над захоронениями наших соотечественников.

Большую помощь в организации мероприятия оказали Федеральная служба по военно-техническому сотрудничеству, Ассоциация российского бизнеса на Кипре в лице ее президента Юрия Пьяных и вице-президента Валерия Гусева, Андрей Леонидович Рокецкий и инвестиционно-финансовая компания “Метрополис” при информационной поддержке Общенациональной газеты “Россiя”.

– Год назад освящение памятника пришлось на тот день православного календаря, когда отмечается праздник Воздвижения Креста Господня. Казаки, прибывшие на остров, были освящены великим страданием, которое могли перенести, пожалуй, только они, преданно любившие свое Отечество, – сказал архиепископ Алексий.

На сентябрь 2004 года оставался единственный свидетель тех трагических событий: Николай Леонтьевич Рой. Он проживает в Канаде. Если он сейчас в добром здравии, то ему исполнилось 98 лет.

Члены российской делегации посетят также англо-французское военное кладбище, где похоронены 28 казаков и одна женщина – они умерли на пароходах, по пути из оставленного Новороссийска на Лемнос. Также они почтят память организаторов народной встречи на Лемносе эскадры А. Орлова – митрополита Иеронима и учителя Косьмы, повешенных турками. В 2004 году на набережной г. Мирины в присутствии властей и жителей города был торжественно открыт памятник российским эскадрам графа Орлова и вице-адмирала Синявина (1770 и 1807 гг.), внесшим вклад в героическую борьбу греческого народа за независимость.

А еще члены делегации смогут приложиться – и обязательно это сделают – к иконам в кафедральной церкви г. Мудроса, которые были подарены храму казаками в 1920-х годах и бережно сохранены греками до наших дней.

По низким ценам спа отдых всем без проблем.